Во тьме веков печален Гамлет мой... - Мой Гамлет
Мой Гамлет
Владимир Бобриков Во тьме веков печален Гамлет мой. Он смотрит вдаль не на людей, а выше. И потому вопрос его немой К нам обращен, но мы его не слышим. Нет. Всё не то. Молчание его Сильнее слов, написанных Шекспиром. Не вымолвит мой Гамлет ничего – Как над могилой, он стоит над миром. Опять не то. Есть рабство в языке, В идеях, что в него вдолбили с детства. Есть страх, что цель оправдывает средства, Как средство взгляда - цель в дверном глазке. Но видит он сквозь запертую дверь. И зная, что у стен бывают уши, Мой Гамлет говорит себе – не верь Тому, кто жив, и слов его не слушай. Здесь можно только мертвым доверять. Они не изменяют убеждений. Им после смерти нечего терять, И потому он доверяет тени. Порою тень, что промелькнёт в глазах Случайно, как в безлюдном коридоре, Важней того, что хочется в словах Сказать при откровенном разговоре. Усмешка, взгляд, перемещенье рук, Как речи дар нас выдают порою. И жест, случайно вырвавшийся вдруг, Желанья наши выдаст с головою. Но я отвлёкся. Гамлет молчалив. И в тягость проницательность. Он знает, Что так на берегу морском отлив Одну лишь грязь и сырость обнажает. И некуда уйти от этих мест, И тяжело страны упадок видеть, Куда ни глянь – Отечество окрест, Которое устал он ненавидеть! И надобно, чтоб не сойти с ума, Прикинуться безумным и бездомным. Когда поймешь, что Родина – тюрьма, То принадлежность к ней весьма условна. Офелия! И я тебя убил... Мою гортань мне судорога сводит. Я был бы трусом, если бы любил Тебя,не видя все, что происходит В моей стране. ... "Уснуть, забыться сном В твоих объятьях – это ли не бегство?" Мне не сбежать, мне помнить об одном: Моя страна меня лишила детства. Я помню ночи, не смыкая глаз, Мы вслушивались в крики тех, кто живы. А по утрам отпаивали нас Полезным, как считалось,рыбьим жиром. Мы просыпались здесь от шума битв, Молились на отца державы нашей, Чья тень приходит! А других молитв Не знали мы, пока не стали старше. Опять не то. Я сбился на себя. А речь идёт о Гамлете, что молча О времени утраченном скорбя, Лишь с тенью разговаривает ночью. А на Земле не лгут лишь мертвецы. А если лгут, слова не убивают Живых людей. Истории отцы Деяния детей своих не знают. Нет, всё не то! Есть мёртвые слова. Они не ранят как слова живые. Есть речь! И ей одной даны права Нам наносить удары ножевые. Он это знал. И потому был пуст. Он повернул глаза зрачками в душу, А там опять отлив высоких чувств, Тот, что в болото превращает сушу. Опоры нет! Ушедшая вода Пустых словес открыла грязь и сырость Того, на чём стояли. Как всегда, Здесь грязь. Здесь ничего не изменилось. Поэтому мой Гамлет молчалив. Ступая в грязь, он думает устало, Что смоет всё очередной прилив Недостижимых в жизни идеалов. Нет! Всё не то! Опять слова, слова... Письмо во тьму неграмотному другу. И, видимо, история права, Когда в который раз ведёт по кругу. Наверно, так невозмутимый грек Века назад сидел в тоске у моря, Презрением свой провожая век, Что нёс опустошение и горе.